Как было показано в первой части вероятным сценарием войны будущего может стать гипервойна. По оценкам западных теоретиков, она не меняет структуру боя, однако, его динамика и боевое управление приобретают абсолютно иное содержание.

Сочетание классической тактики с кибератаками и ударами многочисленных роботизированных систем, управляемых искусственным интеллектом (ИИ), приводит к объективной необходимости действовать много быстрее и с более широким пространственным размахом. Группы (частично) автономно действующих дронов ведут «бой на машинной скорости» (Fight-at-Machine-Speed), не оставляя времени для человеческих раздумий.

Для подготовки западных армий к гипервойне военными специалистами НАТО предлагаются пять тезисов (направлений). Продолжим их рассмотрение.

"Бой на машинной скорости" не оставляет времени для человеческих раздумий
«Бой на машинной скорости» не оставляет времени для человеческих раздумий

Тезис 2. Боевое управление в гипервойне ведется с переднего края.

Согласно существующим взглядам, успешное боевой управление в первую очередь базируется на применении необходимых ресурсов в достаточном количестве, в нужное время и в нужном месте. При этом, такие ресурсы приобретают ценность, только в случае их эффективного использования дистанционно или в дуэльном противоборстве.

Западные эксперты полагают, что данный принцип применим и в гипервойне, но требует адаптации к новым обстоятельствам. Для победы в войне будущего военное командование должно максимально искусно учитывать следующие моменты.

  • Превосходство в боевом управлении получает тот, кто использует каждый шанс для быстрой и успешной коммуникации (т.е. передачи данных). Кибер-атаки, электронная борьба, улучшенная за счет ИИ, а также целенаправленной нарушение каналов связи с помощью малых тактических беспилотников (TUAS) приводят к тому, что в критических фазах коммуникации почти наверняка всегда нарушены.
Малый тактический БПЛА (TUAS)
Малый тактический БПЛА (TUAS)

Превосходство в боевом управлении основывается на том, чтобы максимально эффективно использовать короткие (практически случайные) фазы подключения коммуникаций. Для оптимального распространения информации связь следует задействовать мгновенно и по всем доступным каналам. В дополнение к боеприпасам и энергетическим ресурсам информация превращается в третий важный «расходный материал» на поле боя. Однако, в критических ситуациях этот ресурс практически всегда остается недостаточным.

  • Кто не маневрирует – тот проигрывает. Высокая динамика противоборства, а также всеобъемлющая (тотальная) разведка приводят к тому, что классические стационарные командные пункты более не имеют будущего. Для повышения собственной живучести (устойчивости) на поле боя высокозначимые цели, подобные органам военного  управления, должны находиться в постоянном движении. К тому же, везде, где возможно, их следует организовывать с избытком. Только так в длительной гипервойне возможно удержать превосходство боевого управления.
  • Доминирующее значение приобретает боевое управление с переднего края. Ограниченная коммуникация, а также временны’е требования «боя на машиной скорости» приводят к тому, что решения принимаются быстро (а в тактическом звене зачастую за считанные секунд) и непрерывно.
Боевое управление с переднего края
Боевое управление с переднего края

В классическом сражении на командном пункте их можно было бы готовить на основании заранее известного запаса времени. Тыловые (отведенные в глубину своих сил) командные пункты по временны’м причинам, а также из-за ограниченной информации об обстановке смогут вести бой только постановкой общих тактических задач. Кроме того, они потребуют дополнительной защиты.

  • Ответственность командования остается, но правила меняются. Гипервойна для увязывания и применение большого числа средств поражения использует искусственный интеллект. При этом, за доли секунды ситуативно будет определяться, совокупность каких средств какие цели поражает.

В подобных, крайне интенсивных боевых эпизодах, человек не сможет эффективно распределить доступные ему средства поражения по конкретным целям. Управление обороной так же должен выполнять ИИ. Войсковой командир, как и раньше, оперирует всей совокупностью подчиненных сил, но более не выбирает отдельные цели, а назначает средства поражения для конкретного района (зоны) и отрезка времени («временн’ого окна»).

Тезис 3. Системы управления следующего поколения должны измениться

На основании изложенных выше рассуждений западные эксперты определяют следующие радикальные требования к будущим систем военного (боевого) управления.

  • Сторона конфликта, имеющая структурные нарушения, становится медленнее. Классическое разделение на информационные системы и системы применения оружия в гипервойне не имеет смысла: такие системы медлительны и не способны к  (ре)конфигурации.
Классические боевое управление не имеет смысла
Классические боевое управление не имеет смысла
  • Системы с центральными компонентами поражаются быстрее. Нельзя иметь никаких единых точек отказа (Single-Points-of-Failure), подобных центральным базам данных или центральным службам. Такие ценные цели в киберпространстве поражаются очень быстро, что приводит к полной деградации всей системы.
  • Важна готовность к применению (Need-to-Use). Жизненный цикл программного обеспечения (ПО) становится всё короче, а количество применяемых инструментов двойного назначения постоянно увеличивается. Как следствие возрастает значение коммерческой продукции изначально пригодной к использованию, например: ПО для правительственных учреждений (Government off-the-shelf, GOTS), модулей военного назначения (Military off-the-shelf, MOTS), коммерческих коробочных продуктов (Commercial off-the-shelf-, COTS).

Сторона, эксплуатирующая открытую, быстро адаптируемую и расширяемую систему боевого управления (Battle Management System, BMS) получит управленческое превосходство над пользователями трудно настраиваемых, закрытых, самостоятельно разрабатываемых систем.

Боевое управление в гипервойне
Боевое управление в гипервойне
  • Уже сегодня коммуникационные структуры подвержены непрерывным изменениям. Вместе с тем, от них требуется способность изменяться оперативно и быстро в зависимости от обстановки, используя, при этом, каждый предлагаемый или любой из возможных каналов связи. Системы должны уметь использовать как каналы с очень высокой (5G), так и с низкой пропускной способностью.
  • Кибер-стойкость – это способность к восстановлению. «Кибер-брони» не существует! Системы следует готовить к тому, чтобы «прорывать» кибер-атаки и, при необходимости, требовать оперативной реконфигурации, а также выполнять её в любое время и часто. Скомпрометированные компоненты должны быстро обнаруживаться и изолироваться еще до перенастройки или параллельно  с нею.
  • Структура командования и структура IT отделяются друг от друга. В зависимости от обстановки военное командование располагается либо на переднем крае, либо в глубине своих сил. Это означает, что процессы управления, роли и структуры больше не связываются с конкретными компонентами IT систем.
Персонализированная ячейка боевого управления
Персонализированная ячейка боевого управления

Как представляется западным аналитикам, в конечном итоге всё это приведет к такой системе боевого управления (СБУ) следующего поколения, которая скорее станет свободным объединение многочисленных мелких и мобильных, возможно высоко персонализированных, IT-элементов (ячеек). Каждая ячейка для себя – это самостоятельная СБУ. Она содержит собственные службы, данные, интерфейсы, средства коммуникации и обеспечения безопасности.

Ячейки взаимодействуют между собой, образуя более крупные управленческие объединения. В результате, определенным образом, наступит ренессанс основной идеи ARPANET, военного предшественника Интернета:

«уметь держаться в одиночку и использовать каждое соединение, когда и так долго пока для этого есть шанс».

Тезис 4. Тема гипервойны не является узко военной темой

Оценивая возможную перспективу гипервойны, зарубежные военные эксперты справедливо отмечают, что массовое применение роботизированных систем поднимает множество этических и правовых вопросов. Их обсуждение не должно оставаться узко военным. Требуется политическая и социальная дискуссия.

В сегодняшних СМИ часто возникают призраки машин-терминаторов, уничтожающих людей по своему собственному усмотрению. Подобный подход далек от реальности.

Все современные системы ИИ основаны исключительно на так называемом «слабом» интеллекте. Он не сравним с человеческим, но способен решать небольшие, четко обозначенные подзадачи. При этом, зачастую ИИ делает это лучше и, что особенно важно, быстрее человека. В конечном итоге это только алгоритмы, которые позволяют решать очень ограниченные познавательные задачи.

Следовательно, (частично) автономные системы также не в состоянии полностью действовать самостоятельно. Скорее они смогут выполнять большую или меньшую часть задачи без или под внешним контролем. Ответственным за конечный результат всегда остается войсковой командир.

При этом, как указывалось выше, в отличие от классических систем не происходит назначение одиночных целей. (Частично) автономные системы получат свободу в пространстве и времени. Подобно применению артиллерии они смогут уничтожить цели в пространственно-временном окне.

Тезис 5. Процесс вооружения получит ускорение

В высокоавтоматизированных и автономных системах превосходство во многом определяется через качество алгоритмов, вычислительную мощность и степень миниатюризации. Следовательно, смена поколений в IT-оборудовании или искусственном интеллекте повлечет за собой в качестве вторичного фактора рост эффективности вооружений.

Поскольку на практике IT-компоненты полностью базируются на продукции двойного назначения –  скорость гражданских разработок скажется на темпах гонки вооружений в глобальном масштабе. Обновления вооружений или хотя бы их важных компонентов уже сегодня происходят в темпе примерно равном появлению новых мобильных телефонов, аппаратного оборудования или ИИ – циклами по два-три года.

Подводя итог

Органами военного управления НАТО одним из вариантов войны будущего рассматривается гипервона.

По мнению западных военных экспертов, конкурентоспособность в сценарии гипервойны, требуется располагать системами, «действующими с машинной скоростью». Их применение, насколько возможно, следует автоматизировать. Этот подход относится как к разработке новых систем оружия и средств воздействия с высокой автономией, так и к модернизации нынешних вооружений с высокой степенью автоматизации и автономности.

Как отмечалось, особенности военного управления будущего характеризуются длительными периодами сильно ограниченной связи, требованием управлять быстро и эффективно, и, при необходимости, с переднего края.

Сухопутные войска сегодня и завтра
Сухопутные войска сегодня и завтра

Исходя из этого, в НАТО полагают, что как процесс управления, так и подготовку командного состава, а также используемые сегодня средства боевого управления требуют адаптации к новой развивающейся ситуации. Представленные требования к системе боевого управления следующего поколения уже сейчас позволяют распознать характеристики сильно децентрализованной архитектуры.

Динамика, наблюдаемая в гражданском развитии информационных технологий и искусственного интеллекта, ясно показывает, что нынешние циклы разработки вооружений требуют слишком много времени, чтобы получать конкурентоспособную продукцию для  поля боя будущего. Как представляется западным аналитикам, модульные встроенные системы позволили бы здесь добиться большего, в особенности, в сочетании с дуэльным подходом и регулярным повышением боевой ценности. Процесс вооружения, насколько необходимо, требуется адаптировать к новой реальности.

Помимо того, намечающееся слияние внутренней и внешней безопасности во все более и более сетевом и глобализуемом мире, как никогда требует от общества и политиков проведение дискуссии о возможностях и рисках применения автоматизации и автономности на поле боя.

Возникающие изменения в боевом управлении следует понимать, как смену парадигмы. Кто отстанет здесь, на поле боя будущего окажется слабее потенциального агрессора.


По материалам журнала «Europäische Sicherheit &Technik»

По теме: «Гипервойна как вероятный сценарий войны будущего» (часть I)

Ваши комментарии

Loading Facebook Comments ...

Добавить комментарий