Продолжаем следить за оценками зарубежных (главным образом западных) военных аналитиков специальной операции России на Украине. Рейтинги первых двух статей (читайте тут и тут ) говорят о живом интересе к происходящим событиям. В настоящем материале вниманию читателей предлагается очередная публикация Института современной войны под названием «Применила ли бы Россия тактическое ядерное оружие в Украине?» (WOULD RUSSIA USE A TACTICAL NUCLEAR WEAPON IN UKRAINE?).

Аль Маурони
Аль Маурони

Автор – Аль Маурони (Al Mauroni) – директор Центра исследований стратегического сдерживания ВВС США (US Air Force Center for Strategic Deterrence Studies) и автор книги «Противодействие оружию массового уничтожения: оценка политики правительства США» (Countering Weapons of Mass Destruction: Assessing the U.S. Government’s Policy).

В данном случае, хочется особенно подчеркнуть, что перевод выполнен с сохранением стилистики автора! Под рубрикой «Зарубежный автор» редакция ИВi старается представлять широкий спектр взглядов иностранных военных специалистов. Вместе с тем, следует отметить, что адекватность некоторых теорий, рассматриваемых за рубежом, вызывает много вопросов.


Недавнее бряцание ядерной саблей со стороны российского президента Владимира Путина заставляет Запад столкнуться с вопросом, который даже многие специалисты по национальной безопасности могли игнорировать на протяжении десятилетий: действительно ли Путин применит тактическое ядерное оружие? Точнее, отдал бы он приказ о нанесении тактического ядерного удара по украинским вооруженным силам из-за разочарования в том, что его вооруженные силы не достигли своих целей? Оценка такой возможности требует переоценки некоторых предположений, что давно назрело.

Российское ядерное оружие в контексте

В нынешних условиях Путин мог бы рассматривать применение ядерного оружия как необходимое условие для обеспечения того, чтобы интересы национальной безопасности России не были подорваны открытой военной поддержкой Западом усилий Украины, что соответствовало бы заявленной российской доктрине. Одним из вариантов действий мог бы стать так называемый демонстрационный удар с единичным ядерным взрывом малой мощности в Украине или над Черным морем, который послужил бы драматическим предупреждением о том, что сопротивление российской военной кампании должно быть прекращено, подкрепленное убедительной угрозой дальнейших тактических ядерных ударов. Нет никаких сомнений в том, что Путин уже сигнализировал о возможном применении ядерного оружия и заявил о своей (якобы) озабоченности по поводу размещения ядерного оружия на Украине для использования против России.

Помимо вопроса о том, заслуживает ли доверия российский ядерный удар как аспект будущих военных операций на Украине, существует множество причин, по которым разумная политика должна рассматривать угрозу применения Россией ядерного оружия как правдоподобную. Во-первых, у России нет политики «неприменения первым» и есть доктрина применения ядерного оружия в случае проигрыша обычного конфликта с силами НАТО. Ядерная атака на Украину будет направлена ​​на то, чтобы позволить России завершить региональный конфликт на условиях, приемлемых для ее руководства. Во-вторых, Россия при Путине вложила значительные средства в модернизацию ядерного оружия и часто проводила учения своих ядерных сил. В-третьих, Путин выразил обеспокоенность разработкой Украиной ядерной «грязной бомбы», а также «агрессивными заявлениями» держав НАТО. Эти ложные заявления могли быть задуманы для создания повода для войны с применением тактического ядерного оружия. С другой стороны, это может быть просто балансирование на грани ядерной войны, которое сыграет не в пользу России.

Российская САУ большой мощности 2С7М «Малка»
Российская САУ большой мощности 2С7М «Малка»

Действительно, Российская Федерация присоединилась к другим четырем государствам, обозначенным в Договоре о нераспространении ядерного оружия как «государства, обладающие ядерным оружием», в совместном заявлении, в котором утверждалось, что «ядерную войну нельзя выиграть и никогда нельзя вести». Однако важно уточнить, что это заявление не является общим призывом к разоружению или гарантией того, что ядерное оружие никогда не будет применено. Оно отражает точку зрения пяти государств, обладающих ядерным оружием, о том, что сохранение ими ядерного оружия служит основанием для предотвращения ядерной войны между ядерными государствами, а не моральным осуждением такой войны. У России почти две тысячи тактических ядерных боеприпасов, и она продолжает модернизировать этот потенциал, возможно, в качестве меры, направленной на увеличение своих (демонстративно недостаточных) вооруженных сил по мере разработки более совершенных современных обычных боеприпасов. Ясно, что Путин определил роль ядерного оружия в своем мировоззрении, и в то же время западные политики и стратеги не задействовали возможность применения ядерного оружия в современных конфликтах.

Ошибочные предположения

Российское вторжение в Украину вызвало шквал комментариев экспертов по ядерному оружию в Твиттере относительно последствий возможного ядерного удара. Эти взгляды ценны, и их стоит прочитать, чтобы понять динамику сдерживания в этом сценарии. В то же время есть общие аналитики по национальной безопасности, которые зациклены на ряде гипотез, основанных на идеях времен холодной войны. Среди них следует отметить: тактического ядерного оружия не существует, поскольку всё ядерное оружие является стратегическим: любое применение нестратегического ядерного оружия неизбежно приведет к полномасштабной ядерной войне; и что Путин должен быть сумасшедшим, если думает, что он может применить ядерное оружие на Украине и не столкнуться с ядерным возмездием.

Давайте возьмем их по очереди. Первое предположение, что тактического ядерного оружия не существует, просто неверно и основано больше на эмоциональных переживаниях, чем на рациональных оценках. Оно зависит от того, как мы определяем понятия «тактический» и «стратегический», и неявно предполагает, что детонация любого ядерного боеприпаса, независимо от мощности, будет иметь стратегический эффект. И, конечно же, любое событие, связанное с ядерным оружием, имело бы стратегический политический эффект, распространяющийся на все международное сообщество. Но стратегические эффекты исходят не только от стратегического оружия. Есть разница между ядерным оружием, доставляемым стратегическими силами (ракетами, бомбардировщиками и подводными лодками) против объектов критической инфраструктуры страны, и ядерным оружием, доставляемым оперативными воинскими частями на театре военных действий против вооруженных сил противника.

Мы знаем, что существует нестратегическое ядерное оружие, потому что правительства США и России четко определяют часть вооружений и сил как стратегические ядерные силы — ракеты наземного базирования с дальностью более 5500 километров, современные баллистические ракеты подводных лодок и тяжелые бомбардировщики. Все, что не определено таким образом, подпадает под «нестратегические ядерные силы». Далее Российская Федерация определяет тактическое ядерное оружие как оружие, «предназначенное для поражения объектов, находящихся в тактической глубине порядков противника (до 300 км), для решения тактической задачи». Мы можем назвать это нестратегическим оружием, оружием театра военных действий или тактическим оружием, но все получается одинаково.

Подписывайтесь на наш Телеграм-канал и получайте мгновенное сообщение о новых публикациях!

Американские военные спорят о полезности тактического ядерного оружия с самого начала холодной войны, и споры продолжаются и сегодня. В докладе «Обзор состояния ядерного оружия за 2018 год» (Nuclear Posture Review 2018) требование о ядерном оружии малой мощности было названо сдерживающим фактором против применения тактического ядерного оружия Россией. ВВС США разрабатывают концепцию «интеграции обычного ядерного оружия» (“conventional-nuclear integration”), которая призывает силы театра военных действий рассмотреть возможность нанесения ограниченных ядерных ударов в ходе обычных боевых действий против противника, обладающего ядерным потенциалом. В недавних показаниях сенатскому комитету по вооруженным силам адмирал Чарльз РИЧАРД (Charles Richard), командующий Стратегическим командованием США, отметил, что его командование «готовится … в течение многих лет вместе с другими боевыми командованиями» для сценариев, которые включали «ограниченное использование ядерного оружия в сценарии обычной агрессии». Он отметил: «Существует значительный класс угроз на ТВД, которые нам придется потенциально переосмыслить в отношении того, как мы можем их сдерживать». Одной из отправных точек является признание того, что тактическое ядерное оружие представляет собой угрозу превосходству США в обычных вооружениях, которую нельзя сдерживать обычным инструментом стратегических ядерных сил.

Второе предположение, что любое применение тактического ядерного оружия неизбежно приведет к обмену стратегическими ядерными ударами между Россией и США, является гипотетическим пережитком холодной войны. Модели эскалации исследуют процесс, посредством которого два равноправных конкурента переходят от обычных боевых действий к ядерным в ходе прямого конфликта. Может ли государство, обладающее ядерным оружием, диктовать темп кризиса с другим государством, обладающим ядерным оружием, и предвидеть реакцию своего противника, избегая при этом стратегического обмена в условиях тотальной войны? Это теоретическая конструкция, которая не была проверена. Российская концепция стратегического сдерживания фокусируется на «управлении эскалацией», в которой используются как военные, так и невоенные меры для формирования решений противника. Эта концепция отличается от американской теории стратегического сдерживания, которая опирается на «расчетную двусмысленность», чтобы вызвать у противника сомнения относительно будущих действий США.

Российская ядерная атака на Украину не будет направлена ​​напрямую против сил США или НАТО, хотя, безусловно, будет прямым сигналом странам, поддерживающим украинский конфликт. Рассмотрим сценарий, в котором Россия взорвет маломощное (например, менее пяти килотонн) ядерное устройство в воздухе над украинской механизированной бригадой за пределами Киева. В результате удается избежать долгосрочных последствий выпадения осадков. Поскольку Украина не является членом НАТО, нет возможности немедленно нанести ответный удар НАТО. У правительства США нет расширенных обещаний сдерживания украинскому правительству. Приведет ли это уникальное событие к обмену стратегическими ядерными ударами? Променяли бы США Нью-Йорк на Киев, перефразируя генерала Шарля де Голля? Администрации Обамы и Трампа по-разному подходили к учениям с ограниченным ядерным ударом России. По крайней мере, будут серьезные последствия, которые могут включать усиление военного присутствия США в Европе, дополнительные полеты стратегических бомбардировщиков США в Европу, а также новые дипломатические и экономические санкции против России. Но сложно понять, как ограниченный ядерный удар по Украине приводит к сценарию тотальной войны.

Тактическое ядерное оружие армии США
Тактическое ядерное оружие армии США

Третье предположение касается рациональности Путина и вопроса о том, применит ли он тактическое ядерное оружие, нарушив международное табу на его применение. В частности, можно усомниться в рациональности Путина в свете его вызывающих удивление заявлений о том, что Украина разрабатывает программу создания оружия массового уничтожения, что ее правительством управляют фашисты и что она осуществляет геноцид против этнических русских на Донбассе. Этот взгляд на его публичные заявления упускает из виду теорию рационального актора в отношении государственных решений, связанных с ядерным оружием. Рациональный человек, принимающий решения, изучает доступную информацию и принимает решение, исходя из того, какой образ действий обеспечивает наибольшую выгоду, в идеале с меньшими затратами, чем другие варианты.

Если Путин является рациональным игроком, может ли он по-прежнему рассматривать ограниченный ядерный удар как часть своих планов? Он может полагать, что это рациональный поступок, если он видит некую выгоду в достижении целей преодоления украинского сопротивления, удержания НАТО в стороне от конфликта и, в конечном счете, восстановления былой славы России. Но у него еще есть время обдумать другие варианты — отключение электричества, продовольствия и медикаментов в украинские города, усиление атак на гражданскую инфраструктуру или просто продолжение использования своего обычного превосходства над украинскими войсками (несмотря на нынешние неудачи). Если обычные варианты не сработают, он может прибегнуть к тактическому ядерному оружию, как способу достижения своих политических целей. Так что да, рациональный актор мог бы подумать об использовании ядерного оружия против неядерного противника.

Нам нужно поговорить о тактическом ядерном оружии

Учитывая эту информацию, остается неясным, может ли Путин отдать приказ об ограниченной ядерной атаке – например, одиночный взрыв боеголовки малой мощности. Но если бы он это сделал, были бы США готовы ответить? Недавние показания адмирала Ричарда перед Конгрессом предполагают, что Стратегическое командование США имело достаточно времени, чтобы рассмотреть этот сценарий, и у него есть план. Конечно, последнее слово в отношении военных операций остается за политиками. В отсутствие прямого удара по НАТО маловероятно, что американские военные будут призваны ответить пропорциональным ответом российским силам. Скорее, будут преобладать дипломатические действия, поскольку США будут консультироваться со своими союзниками, чтобы определить, каким будет следующий шаг. Это может быть эскалация; трудно сказать, что будет дальше, потому что нет современного прецедента для нации, использующей тактическое ядерное оружие. Сообщество национальной безопасности США открыто не дискутировало и не обсуждало, что происходит после того, как будет использована первая ядерная бомба. Мы думали о другом последние двадцать лет.

Россия и Китай рассматривают возможность практического применения этого оружия в контексте региональных конфликтов. В результате мы должны принять возможность применения тактического ядерного оружия. Возможно, глупо обсуждать военный конфликт с Китаем и Россией, который остается на обычном уровне. Нам необходимо заняться переходом от обычных ядерных технологий и наладить процессы координации между географическими командованиями боевых действий и Стратегическим командованием США, а также с нашими союзниками. Внутри правительства сообществу национальной безопасности мешает чрезмерная классификация безопасности по вопросам ядерного оружия. В то время как ядерное сообщество Министерства обороны может обрисовывать сценарии и разрабатывать планы, большинство политиков и военных штабов не участвуют в открытых дискуссиях о ядерном потенциале США или о том, как мы можем реагировать на ограниченную ядерную войну. Это не «думать о немыслимом», чтобы украсть реплику у Германа Кана. Я не продвигаю идею участия в ограниченной ядерной войне с Россией в результате ее действий на Украине. Однако нам необходимо лучше понять возможность применения противником такого оружия и отбросить ошибочные предположения, существующие в настоящее время, чтобы подготовиться к такому будущему и защититься от него. Тактическое ядерное оружие представляет угрозу для США и их союзнических отношений. Нам нужно разобраться с этим.


По материалам ресурса  mwi.usma.edu

Материалы статьи содержат исключительно авторские оценки и не отражают позицию редакции ИВi
.

Подписывайтесь на наш Телеграм-канал и получайте мгновенное сообщение о новых публикациях!

Ваши комментарии

Loading Facebook Comments ...

Добавить комментарий