Настоящая статья является продолжением материала под общим названием «Битва за Девальцево: анализ и выводы», в котором ИВi представляет читателю перевод исследования  известного в новейшей военной истории события. Авторы исследования –  преподаватели Института высшего военное руководство при Национальной академии обороны Австрии.

Материал опубликован на ресурсе truppendienst.com. Авторы сопроводили свой доклад достаточно подробным вступлением (часть I), которое четко определяет их позицию в отношении, описываемых событий. Перевод и подписи под иллюстрациями максимально сохраняют стиль и терминологию первоисточника. Вставки от ИВi взяты в [квадратные скобки].

Ведение войны обычными средствами в гибридном конфликте

Согласно западному пониманию, аннексия Крыма считается образцовой, если исходить из того, что речь идет о предпочтении невоенных инструментов, таких как информационные кампании, политическая подрывная деятельность, кибератаки, экономические меры, поддержка терроризма или повстанцев, вместо «классической линейной» военной конфронтации. Еще в 500 году до нашей эры Сунь Цзы писал: «Наивысшее достижение состоит в том, чтобы сломить сопротивление врага без боя».

Гибридная форма ведения конфликта исторически не является новинкой, а скорее эволюционной адаптацией к изменившимся факторам 21 века, имеющим стратегическое влияние. В то время как «Запад» в основном рассматривает невоенные инструменты, как способ предотвращения конфликта, точка зрения России противоположна. Невоенные средства поддержания власти рассматриваются, как неотъемлемая часть процесса ведения конфликта и используются в координации друг с другом. Неотъемлемой частью этого является борьба за суверенитет в области информации и интерпретации посредством цифровых технологий. Классические границы между миром и войной стираются.

Этот «асимметричный» и «нелинейный» подход был представлен начальником российского Генерального штаба Валерием Васильевичем Герасимовым в 2013 году как модель доклада «Основные тенденции развития форм и способов применения Вооруженных Сил — актуальные задачи совершенствования военной науки» [подробнее по теме]. Украина стала площадкой реализации доктрины Герасимова лишь несколько месяцев спустя. Что удалось в Крыму –  присоединение к Россия без открытого обычного боя – должно было произойти несколькими неделями позже, находя свое повторение на востоке Украины. Однако Киев больше не колебался и искал прямой конфронтации с пророссийским сепаратистским движением и, таким образом,  косвенно конфронтации с Россией. После того, как невоенные инструменты оказались недостаточно эффективными, Россия, в соответствии с моделью Герасимова, в конечном итоге была вынуждена вмешаться более военным и более прямым образом для достижения стратегических целей. В контексте гибридного ведения конфликта де-факто с лета 2014 г. развивались обычные «боевые действия».

Схематичное представление ведения гибридного конфликта по доктрине В.В. Герасимова. [Австрийская трактовка]
Схематичное представление ведения гибридного конфликта по доктрине В.В. Герасимова. [Австрийская трактовка]

То, что было немыслимо для Европы в 21 веке, как никогда ранее присутствовало в боях на Донбассе. Общевойсковой бой (обычный) штатным вооружением, наступление и оборона, танковый и артиллерийский бой, пристрелка, нарушение каналов снабжения, высокая частота потерь и т.п. последовало за тем, как  невоенные инструменты не смогли достичь желаемого конечного состояния. В этом свете учение Карла фон Клаузевица о «борьбе воли» представляется более актуальным, чем когда-либо.

Оказывается: даже в гибридном конфликте способность принимать военное решение с помощью обычных боевых действий сухопутных войск может быть незаменимым в качестве крайней меры (ultima ratio). На примере Восточной Украины Киев был на грани потери всего Донбасса в 2014/2015 годах. Способы ведения обычных боевых действий не были согласованы от стратегического до  тактического уровня управления. Стратегические механизмы раннего предупреждения дали сбой.

Противники в битве за Дебальцево

С точки зрения международного права конфликт на востоке Украины с весны 2014 года не классифицируется как международный вооруженный конфликт, в котором Украина, с одной стороны, и Донецкая и Луганская народные республики, с другой стороны, столкнулись друг с другом, как конфликтующие стороны. Более того, с июля 2014 года, когда на Донбассе появились предполагаемые российские боевые формирования, по-видимому, разгорается международный вооруженный конфликт между Украиной и Россией. Хотя это категорически отвергается Россией, военная интервенция для Украины и «Запада» в настоящее время считается достаточно доказанной.

Фактически, «завуалированные» действия России в серой зоне между миром и войной не могут быть классифицированы адекватно политически и юридически. В этой статье, однако, сознательно проводится различие между пророссийскими сепаратистскими формированиями [ополченцами] и якобы завуалированными частями российских вооруженных сил для того, чтобы иметь возможность представить взаимодействие регулярных и нерегулярных сил на тактическом уровне, что характерно для гибридных конфликтов.

Украинские силы, обороняющие Дебальцево

На стороне тяжелого подразделения, 128-й горно-пехотная бригады (128 гпбр) сокращенного состава, на фронтовом выступе вокруг Дебальцева сражались и другие мотопехотные батальоны. Для боя боевые возможности этих регулярных частей следует  оценивать, как «средние», а их боевую ценность – как «низкую». У личного и командного состава не хватало подготовки и опыта. Боевая техника (БТ) уступала противостоящим российским образцам с технологической точки зрения. Имелся значительный недостаток оперативного вооружения и оснащения, особенно дуэльных ПТУР, тактических беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), артиллерийских средств большой дальности, РЛС артиллерийской разведки и бронебойных боеприпасов.

Эмблема 128 гпбр ВСУ
Эмблема 128 гпбр ВСУ

Украинские добровольцы оказывали боевую поддержку подразделениям Вооруженных сил Украины [ВСУ]. Эти милицейские формирования появились с самого начала конфликта в ответ на действия пророссийского народного ополчения в Восточной Украине, а с лета 2014 года были постепенно переданы ВСУ, национальной гвардии и специальной полиции. Тем не менее, их идентичность, намерения, стиль ведения боя, состав и финансирование оставались в своей первоначальной форме до 2015 года, поэтому их руководство и контроль были затруднены.

Даже если эти подразделения имели «низкую» боевую мощь, их боевая ценность значительно увеличивалась за счет высокого боевого духа в «борьбе за родину». В каждом батальоне было от 400 до 800 солдат, проживающих в регионах, которые подразделялись на децентрализованные боевые отряды по 100–150 человек. В состав вооружения входило стрелковое оружие (АК-74), пулеметы (РПК-74), снайперские винтовки (СВД), противотанковое оружие (РПГ-7), транспортные средства повышенной проходимости, несколько единиц бронетехники (в том числе БТР-70), а также снаряжение и фурнитура, приобретенные на свободном рынке. Таким образом, численность регулярных украинских сил и ополченцев на передовой насчитывала около 6 тыс. чел.

Силы, атакующие Дебальцево

Украинские войска в Дебальцево столкнулись с милицейскими отрядами ополчения Донецка и Луганска и предположительно завуалированными регулярными частями российских ВС. В 2014 году отряды ополчения двух областей не были сплоченными военными соединениями, а скорее образовывали «зонтичную организацию» для регионально сформированных, самостоятельно действующих подразделений милиционного типа. В качестве таковых в районе под Дебальцевом действовали бригада «Кальмиус», «Славянская бригада», батальон «Сомали», части бригады «Призрак», а также «Донские казаки».

Шеврон ополченца из батальона «Сомали»
Шеврон ополченца из батальона «Сомали»

При этом, применение этих формирований осуществлялось в тесном взаимодействии с предположительно завуалированными российскими боевыми частями. Идентичность, намерения, стиль ведения боя, состав и финансирование частей ополчения были крайне разными. В отличие от украинских добровольцев с лета 2014 года они явно получали прямую и косвенную поддержку из России. На момент битвы эти формирования имели подготовленный командный состав с боевым опытом, боевую технику и системы вооружения российского происхождения (основной боевой танк Т-64 и Т-72, ​​БМП-1, колесный бронетранспортер БТР-70, БРДМ-2, артиллерийские и реактивные системы залпового огня типов Д-30, 2С1 и БМ-21 «Град» ), а также боевую поддержку, предположительно, со стороны российских войск. Для наступления на Дебальцево их ударная мощь – по сравнению с украинскими частями – была «низкой», но их боевая ценность из-за повышенной готовности к бою могла классифицироваться, как «высокая».

Организационная структура российской батальонной боевой группы
Организационная структура российской батальонной боевой группы

ВС России согласно украинским боевым донесениям в 2014-15 годах действовали в Донбассе завуалированными частями всех родов войск. В частности, смешанные механизированные батальонные боевые группы (ББГ) привлекались для зимней наступательной операции 2015 года, чтобы во взаимодействии с формированиями народного ополчения иметь решающее превосходство в районе Дебальцева. В отношении ББГ речь идет о небольшом формировании, которое могло проводить независимые операции и обычно имело в своем составе разведывательные, два-четыре механизированных боевых и несколько подразделений боевого обеспечения. Характерными для этой «системы ББГ» были:

  • формирование и подготовка за пределами украинско-российской границы,
  • высокая мобильность и пригодность к переброске,
  • ограниченность по времени и пространству оперативного действия на востоке Украины,
  • высокий уровень эффективности за счет поддержки дополнительными средствами навесного огня,
  • ограниченная логистическая устойчивость из-за отказа от стационарных объектов снабжения.

Как боевая сила, так и боевая ценность использованных ББГ по сравнению с украинскими подразделениями могут оцениваться, как «высокие». Это в основном связано с наличием более совершенных и современных систем вооружения. [В октябре 2016 года австрийцами разработан учебный сценарий под названием «Феномен российской батальонной боевой группы»] При отсутствии документально подтвержденного показателя обще количество сил сепаратистов на фронтовом выступе составляла около 19 тыс. чел. с более чем 700 ед. БТ, а также артиллерийскими и ракетными системами.

Оружейные системы конфликтующих сторон под Дебальцовом
Оружейные системы конфликтующих сторон под Дебальцовом

Значение Дебальцева

С тактической точки зрения зону конфликта на востоке Украины можно сузить до Донецкой и Луганской областей. Прилегающая к ним территория расположена в украинской части Донецкого бассейна и называется «Донбассом» (примечание: «великий Донбасс» простирается по обе стороны украинско-российской границы от города Днепр до города Шахты). Между районом конфликта и Россией пролегают около 400 км безбарьерной открытой границы. При остающемся постоянным конфликтном пространстве линия фронта и, следовательно, фактическая зона боевых действий неуклонно менялись в период с зимы 2014 по зиму 2015 года. Самый большой размах территории, контролируемой сепаратистами, составлял  около 30 тыс. км² летом 2014 года. В дальнейшем он сократился до 15 тыс.км².

Вид на Дебальцево
Вид на Дебальцево

Северная и центральная зона конфликта находится на Донецком плато и представляет собой обширную, слегка холмистую степную местность, перемежающуюся несколькими небольшими лесами, реками, деревнями и шахтными отвалами. На юге степной ландшафт выравнивается к берегу Черного моря. На Донбассе сухой континентальный климат с теплым летом и холодной зимой. Плотность населения и степень урбанизации на Донбассе высокие (около 90 процентов). Экономический и социальный центр – город Донецк с населением около 1,1 млн. чел. – пятый по величине город Украины. Другими важными городами с населением более 100 тыс. жителей являются Луганск, Краматорск, Славянск, Мариуполь, Макеевка, Горловка, Алчевск, Северодонецк и Лисичанск.

Более 50 процентов жителей Донецкой и Луганской областей в 2014/2015 году по происхождению были русскими. Доля городского населения была намного выше. Доля жителей с родным русским языком составляла 75%. Зона конфликта связана с Украиной и Россией магистральными дорогами M03, M04 и M14, региональными дорогами H20 и H21 и железнодорожной сетью. Существующая транспортная сеть на Донбассе достаточно мала. Таким образом, магистральные и региональные дороги также имели особое значение для командования конфликтующих сторон.

Из-за высокой численности населения (16% населения Украина) богатых угольных месторождений и предприятий (тяжелой) промышленности Донбасс был и остается для Украины экономически и социально важным регионом.

Продолжение следует. Часть III. Военные действия в районе Дебальцева


По материалам ресурса truppendienst.com

Ваши комментарии

Loading Facebook Comments ...

Добавить комментарий